Радио Недоебит
Вспомнится о том, что вспомнить нечего,
чтобы вообще без сожалений:
в основном нехуденькие женщины
и совсем немного отклонений.
Это ведь совсем не одиночество,
просто жизнь проходит беспонтово.
Вот помру, так сделают сообщество
«Если бы мы дали Пермякову».
Вот не пофиг: дали или не дали —
всё равно как пива недолили.
Ладно бы творили и не ведали:
ведали, однако не творили.
Целый день по набережной Вотки,
вдоль ограды, посреди нигде.
Самолёт как стрелка на колготке
в чёрной-чёрной, лиственной воде.
Всё имело странное значенье
вне порядка чисел или слов.
Золотое ангельское пенье:
«Нахуй ты нам сдался, Пермяков»?
чтобы вообще без сожалений:
в основном нехуденькие женщины
и совсем немного отклонений.
Это ведь совсем не одиночество,
просто жизнь проходит беспонтово.
Вот помру, так сделают сообщество
«Если бы мы дали Пермякову».
Вот не пофиг: дали или не дали —
всё равно как пива недолили.
Ладно бы творили и не ведали:
ведали, однако не творили.
Целый день по набережной Вотки,
вдоль ограды, посреди нигде.
Самолёт как стрелка на колготке
в чёрной-чёрной, лиственной воде.
Всё имело странное значенье
вне порядка чисел или слов.
Золотое ангельское пенье:
«Нахуй ты нам сдался, Пермяков»?