Андрей Пермяков (grizzlins) wrote,
Андрей Пермяков
grizzlins

Categories:

Ностальгический пост. Много букв

В пятницу сестрёнка переезжала в аспирантское общежитие МГУ. В проходной этого самого МГУ стоят охранники в разгрузках и с десантными автоматами. Говорю:
- Пустите меня, пожалуйста, сумки ж тяжёлые, девочка маленькая, как потащит?
- Пропуск есть?
- Нет.
- Идите выписывайте. Но вам его всё равно не дадут.
- Да ладно… я ж на пять минут. Паспорт вот могу вам оставить.
- Не положено. Мало ли кто чего таскает. А что в сумках?
- Да как обычно: гексоген, пластит, немного аммонала и подрывная вахабитская литература.
- Гы-гы-гы. Ну, ладно проходи. Вон там тележка есть, сумки подвезёшь.

Логика охранников это отдельная тема, но скажи кто при коммунистах, что в общагу придётся ходить мимо автомата, я б не поверил. Такое, вроде, было в Греции при Чёрных Полковниках, и то недолго. Ну, может ещё в каких-нибудь чилях при Пиночете. Общежитие – это ж свобода!

Самому жить в общагах как-то не довелось, но времени я провёл в них много. Самый, пожалуй, рай был в 1989-92-м годах. Чуть раньше, в 1988, когда я ещё учился в школе, у нас посадили родственника за погром в пятёре пермского мединститута, в Мотовилихе. Мишка ходил под условным сроком, а тут они с ребятами выщелкнули окно на первом этаже, застав хозяев комнаты во дрёме, и двинулись по коридору, круша двери и радуя освобождённых обитателей. Какая-то сволочь (ясно какая сволочь — коменда, сотовых-то не было) вызвала ментов, и ребята загремели по статьям «хулиганство» и «нанесение менее тяжких телесных повреждений».

Мишку жалко, хотя он, конечно, немножко не разглядел краёв. И творимое ребятами из Лобаново в общаге пермского сельхоза тоже беспредел. В сельхоз поступали малосоциализированные мальчики и девочки из деревень, по-этому местные их сильно грабили, а девочек ещё и успешно склоняли.

Я грущу не об этом, а о невинных и добровольных развлечениях. Например, о драках «помидоров» с «голубыми» (так называли курсантов ВАТУ и ВКИУ по цвету погон) в общежитии фармакадемии.
Иногда под раздачу попадали посторонние. Другу моему, Зуре, распороли бок розочкой. Кажется, ВАТУшники. Они вообще обычно побеждали. Впрочем, не всегда: в начале зимы 1991 г. человек восемь курсантов ВАТУ наваляли Мишке Н. из политеха. Отобрали все деньги, кроссовки новые, куртку. Пацан добежал к нам, в семёрку мединститута, где его худо-бедно одели. После этого Мишка пешком через камский мост чесал до комплекса политеха, там собрал народ — а у ребят уже появлялись кое-какие деньги — и на девяти машинах (три своих шесть вызывали) сорок ПГТУшников двинулись в бой. Тоже поразительно: в отсутствии сотовых курсанты узнали о надвигающейся расплате и попытались наладить точки долговременной обороны. Студенты, не предпринимая обходных манёвров, вынесли нахрен толстенную входную дверь вместе с коробкой и устроили рейд по комнатам. Кое-кому из будущих офицеров пришлось прыгать с третьего этажа. Чисто уже по приколу в одном из блоков выворотили унитаз, не отключая воду. Классно было.

У меня, кстати, от этой общаги воспоминания тоже самые светлые. Как-то нам с Антоном не дали, и мы упали рядышком на полу. Вроде даже уснули, но вдруг Антон жалобно так: «Андрюха, мне херово»! Причём по тому, как он произнёс последний слог, было ясно, рвотные массы уже на подходе. Я поднял Антошу, открыл ближайшую дверь и сунул его лик туда. Увы, это оказался не туалет, а шкаф. Смешно то, что хотя мы пили водку, а закусывали её двумя конфетками, девочкины трусики Антон переблевал так, будто съел барана. А потом этими же переблёванными одёжками укрылся и заснул.

А ещё нас повязали, когда мы лазили через второй этаж в общежитие института культуры. Там до нас кто-то накуролесил и приехали менты с собаками. А мы были очень радостные, потому что пока я лез, из кармана выпала бутылка страшно дорогой по тем временам водки и, упав на землю со второго этажа, не разбилась. И тут винт. Сержант предложил мне поцеловать в морду ментовскую собаку, тогда, типа, всех отпустят. Я забоялся и вообще нафиг: Зурин папа дружил с Большим Милицейским Начальником и нам никогда ничего не было.

В 1992 поставили турникеты и первое время было фигово очень. Потом как-то всё наладилось. Во всяком случае, рождение Фёдора в мае 1994 я отмечал в той же семёре ПГМА две недели безвылазно. Всё было мило и прекрасно, а стоило только вернуться в родной Закамск, сразу случилось сотрясение мозга.

А как Сашка допился, наколотил бутылок, сел с ними на кухню и кидался в проходяших! А как ещё один наш товарищ, распоровший после недельного запоя вены, будучи уводим в больницу, вырвался и стал пинать джип, откуда вылезли крепкие ребята, воткнули его и сопровождающих мордами в снег и поставили на бабки! А как Паша как в белой горячке бегал по пятёре ПГТУ: «Уберите!! Уберите этих с фонариками!!!». А как я в этой же общаге на дискотеке выиграл конкурс на самого пьяного! Меня просто вынесли на сцену и уговорили сказать привет. Первым призом была бутылка! А как в той же пятёре меня искали и хотели бить за то, что я с четвёртого этажа облевал двоих интеллектуалов, куривших на балконе третьего! А как после самогонки Саша, прекрасный ныне детский врач, проверял рукой, которая из конфорок электроплиты включена. Ожог третьей степени получил. А как… Да это не пост надо писать, а роман.

Кстати, последний раз мы бесчинно с последующей ночёвкой проникали в общагу пермского универа два года назад. Охрану миновали по отработанной схеме: трое зашли, один через час вышел.

- А эти двое где?
- Как где? Только что ушли. Пока вы курили.
- Значит, мы их вычёркиваем?
- Конечно!

Через 10 минут чел возвращается: «Ой, я зонтик забыл, пустите на пять минут»! Пускают уже не записывая и поехал трэш-угар.


Впрочем, есть альтернативное правильному мнение. Госпожа Елена Георгиевская svarti в своих книгах любит писать об ужасах общаг и называет их «смесью тюрьмы и казармы». Возможно, она права. Но мне почему-то кажется, да и знающие люди говорили, что в тюрьме и в казарме ничуть не менее интересно.

Впрочем, та же Георгиевская пишет, что девачки потом вспоминают годы, проведённые в общежитии, как лучшие в жизни. Что ж тогда о мальчиках говорить? Живём ведь как завещал великий Летов: «Проснуться, протрястись, похмелиться и нажраться, наутро проблеваться, похмелиться и нажраться…». Для этого общага идеальна. Была идеальна.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments