Андрей Пермяков (grizzlins) wrote,
Андрей Пермяков
grizzlins

Categories:

Балут

Сказка для вот этого проекта http://www.livejournal.com/users/rualev/187709.html


- Ты, малой, по лесу сторожко ходи, а то как зверь-кораг топаешь. Да, не боись, со мной быстро научишься. Балут ты всё ж, али нет? Пускай хоть и по материной линии. Помнишь хоть мамку-то?… Небось, родня-то уж перепугала: придёт дед-Ыкер, в лес утащит. Хе, они нас колдунами ославить любят. А по правде сказать, какие-такие колдуны? Кабы в волшбе чего разумели, кто б гонять-то нас посмел? Я о прошлом годе на север ходил, так до самой реки ни одной нашей деревни не осталось. По лесам да по горам от светлого войска ховаются. Те ведь как? Чуть в магии заподозрили – и в синюю башню волокут. А оттуда если и выйдешь, себя забудешь, не то что колдовство какое.

Балуты они поврать горазды, это да. Свинья от него в лес сбежит, он к бабке сходит, или у дерева в шкурах попляшет, найдёт пропажу. А потом всей деревне наврёт, что десяток кабанов приманил. Вот и вся недолга.
Только про меня-то правду тебе сказывали. Да не боись ты, чего шарахаешься? Надо будет, всё одно словлю. Не боись, говорю. Хочу просто чтоб правду маленько знал. Ну, не всю враз, конечно, так, сколько осилишь пока. Я ведь тебе кто буду? Двоюродный пра-пра-прадед. Кабы всё своим чередом шло, давно б висел на болоте в деревянной колоде. А так ничего, хожу вот видишь потихоньку. По правде сказать, напрямки через лес так и тебя ещё перегоню.

Только наша ворожба деревенская тут не причём. Служил я у барина одного. Он ране к королевскому книгохранилищу приставлен был. Вот великого ума человек! Пропал в битве при Жёлтых дворах. Для тебя, это древность несообразная, а я о те года уж немолодым был. В обозе меня по этому случаю оставили. Конечно, когда последний натиск пошёл, там все двинули, кто на ногах стоял. Довелось саблей помахать, да…
Сынок у меня там погиб, единственный. А баринова тела так и не нашли. Как в поместье бумагу вскрыли, там прочли, что пока не похоронят, никакого имущества делить нельзя. Разве что пять тыщ лун пройдёт, тогда только. Ну, родня, ясно, возмутилась, казначей королевский тоже. Все хотели именье себе прибрать. Хотя, сказать по правде, места там глухие, цена ему – три грОша в базарный день. Хозяйствую там я справно, налоги в казну плачу – не придерёшься. Всё чин чином. Завтра придёт барин – а ему и постель пуховая готова, и отчёт по хозяйству за все годы.

Только вот сомневаюсь, что вернётся он. Да и мне жить тяжко делается. Зелье-то евонное у меня осталось, а время не обманешь. Видеть вот худовато стал. Глядишь, тебя в разум введу, а там и забуду как-нибудь снадобье принять. Хотя чего тут загадывать? Может ты и удумаешь чего – грамотный ведь. Барин-то собирался для вечной молодости напиток найти. Только смотри, лишнего не болтай. А то у меня иное питьё найдётся, враз память отшибёт. Брал я перед тобой одного, вроде бойкий парнишка, весёлой такой. Как не весёлой… ночью ограбить меня задумал. В каморку секретную залез. А я тут его и ждал.

Чего опять глазами-то заиграл? Не, зачем мне грех на душу брать? И без того немало содеяно. Зелья беспамятного, конечно, пришлось ему отведать да к селу ближнему с завязанными глазами прокатиться. Сейчас-то ничего, столярничает там помаленьку.

Больно уж мне напитка волшебного жалко. Мы ведь когда с барином его сбирали, еле живы остались. Вот плоды древа Амерального – простая вроде штука, навроде яблок белесоватых… Хе, как сказать, простая или нет. Вот тебе яблоки что репа, а балутятам про них рассказывать, как норе кротовой пить подавать – в жизни не видывали.

Так вот, по те плоды мы далеко на закат ходили: три месяца, считай, только до гор, да там ещё сколько. Пришли к хозяину ихнему, Гаредом звали. Осанистый такой мужик, борода до пояса. Хозяин ему меч поднёс, сели, говорят, важно так. А пить не пьют, закон у них, как чужеземец в дом – хозяину трезвому быть. Ну и наш не стал.

Меня, понятно, к разговору не допустили, да и не разумею я по тамошнему. Барин после сказал, что Гаред яблок Амеральных дать согласен, только должны мы ему вернуть жёрнов, что сосед евошний украл. Нам ведь не яблоки нужны были, а сок. Только давить его не чем попало можно, а специальным камнем. Эльт называется. Гаред, про силу плодов знал, конечно, да не всё. Он из них иное снадобье делал, силу дающее. Вот у него соседушка камень-то и стянул. А ежели сок чем иным давить, то водичка сладенькая будет. Ни силы в ней, ничего. Гаред к самому главному князю ходил правды искать. Так, мол, и так: видели мои люди соседских холопов, они камень и украли. Да разве правды-то найдёшь? Сосед, видать, богаче оказался, а князь – дурак дураком. Тут ведь ежу понятно: подождёт сосед, когда у Гареда запас сока волшебного кончится, там войско соберет, и сад с Амеральными древами евонный станет. Понаделает зелья сколько надо, и, глядишь, вскорости за горами иного правителя не будет.

Барин, понятно, за камнем пойти согласился. Куда деваться-то? Попросил только соку волшебного. Гареду жалко было, когда фиал из кладовой выносил, руки ходуном ходили, что крылышки у воробья. Ну, поехали мы. Напрямки из Гаредовой земли туда не попадёшь, князь заставы понаделать велел, навроде как мира ради. Как же, мира… Но чего там, нам не привыкать, семьсот вёрст не крюк. И пажа своего Гаред нам дал. Вроде как помощи ради, а на деле – чтоб фиал не своровали.

Добрались мы в торговцев переодетые, до соседского поместья. А где камень-то искать? Ладно, барин умный был, сообразил, что жёрнов проще всего среди иных жерновов укрыть. Как мы на мельницу пробирались – врагу не пожелаю. Чисто раки, по дну; камни тяжеленные в руках, дышим через камышинку, барин меня полдня этой премудрости учил. И боязно. Вроде не молотильный сезон, а вдруг откроют за какой надобностью плотину, разметает нас, будто щепочки. Насмотрелись всего. Помирать стану, вспомню: вроде как колокол воздушный, а в ём лягуха огроменная сидит, палицу в лапах держит. А чего там делает, не ведомо. Хотел у хозяина спросить опосля, да запамятовал.

Выбрались на мельницу, ночь уже тёмная стоит. В чулан зашли, а там жерновов сотни три, один другого здоровше. И какой из них волшебный? Барин фиал из-за пазухи вынул, печать снял и давай по капле на каждый плескать. Я стою, моё дело тут сторона. Вдруг слышу – голоса. К скважине замочной приник, ан шиш, ни черта не видно. Тогда ухом к стене припал, ну, болтовню ихнюю, ясно, не разумею только слышу: «Оге! Оге!». Это слово знакомо, мельницу означает. Мы пока по тем землям ходили, частенько спрашивали. Видать проворонили ловушку какую.

И бежит-то народу много, никак не меньше трёх десятков. А тут и вода зашумела, стало быть, плотину открыли. Всё, думаю, пропали. Нет обратной дороги. А барин знай себе камни поливает. Вот и ворота зашатались. Хозяин рукой в ту сторону махнул, заклятье видать сотворил. Глядишь, на пару минут хватит. Вдруг капнул он на жёрнов, а оттуда огонь пыхнул, вроде молнии. Тут разом остатки зелья, капель пятьдесят может, проглотил, и ровнёхонько в тот миг ворота рухнули. Ух! Я, пожалуй, впервой тут в магию поверил. Жернова огроменные, а из бариновых рук в стражников будто подушки полетели, те уворачиваться не успевают. Он тут ещё раз фигуру какую-то сотворил, у тех факела погасли, чуть только ворота виднеются. Ну, говорит, держись. Жернов волшебный схватил, и ровно щитом им укрывается, а в другой руке – меч заговорённый. Мы за ним: вроде со спины прикрываем. Ага, сдалось ему прикрытие наше. Прорвались. Почти что и не поранили даже. А там только до лесу добежать. Чаща она и за горами чаща. Тут уж я куда хочешь выведу.
Принесли мы Гареду жёрнов, он поблагодарил, вежливо так, пир в нашу честь устроил. Я первый раз не слугой на благородном пианстве был, а вроде как гостем. Только что хорошего-то? Хозяева тверёзые, и нам напиваться никакой радости нет. Так, посидели для виду, да на боковую.

Утром встаем, а Гаред к себе зовёт. Вот, говорит, какая незадача. Жернов вы мне принесли, однако сок хранить следует не в простых стекляшках, а в благородных фиалах, из горных самоцветов сделанных. У него таких два. Один маленький, для себя, с ним-то мы соседушку и навещали, а второй побольше, для свиты – войска отборного. И никоторый из тех сосудов чужим навеки даден быть не может. Мол, должны гости дорогие княжьему волхву поклониться. Может, продаст ещё бутылочку волшебную.

Хозяин, вижу, недоброе сказать хотел, одначе сдержался. Сели мы на коняшек и по новой в путь. Добрались хорошо, только чародей ни в какую продавать фиал не захотел. Говорит, обыграешь меня в игру одну – даром сосуд отдам, а коли нет – десять лет на полях горбатиться будете. Ну, чего тут поделаешь? Сели они играть. Там доска такая, полосатая, с переливами вроде, речки есть, перелески какие-то. И человечки каменные. Вот сидят игроки один насупротив другого и взглядом солдатиков двигают. А те воюют. И ведь двое суток битва продолжалась. Не пивши, не евши. Меня хозяин заранее предупредил, чтоб молчал да караулил. Как второй день пошел, в комнате тяжко стало, ровно на море перед бурей. Я раз видал, ух, страшная штука…

Вдруг птичка в окно влетела. Навроде синицы, только зеленью отливает. Она, потом сказывали, у волхва на нижнем этаже в клетке жила. Говорливая была такая. Как просочилась? Да разве поймёшь. Оказалась птаха между игроками, да тут замертво и свалилась. Так у них меж взглядов страшно оказалось. Чародей расстроился тут и партию проиграл.

Отдал фиал нам, отыграться уж не просил. Конечно, как от замка отъезжали, кой чего он нам подстроил. Ну, это у волшебников закон такой. Я и не в обиде даже. Хотя, вишь – куска уха с тех пор так и нету.
Привезли Гареду сосуд волшебный. Он рад не рад. Отправились с барином сок волшебный давить. Меня с пажом взяли: ну там подать-принести чего. Да и не положено, чтоб меньше трёх за ведовством смотрели, сила не та будет. Ох, страсть! Выжмут чуток, опосля с полчаса заклинания читают, порошки разные сыплют. Вроде как два чародея сильней одного, сок получиться должон – ни один ворог не осилит. Из фиалов вспышки, дым, а в дыму том хари разные мерещатся. Чую, пажа рядом со мной колотить стало. Боится, думаю, зелен ещё.

Ага. Зелен… Из молодых видать, да ранний. Как хозяин с Гаредом первый фиал нацедили, этот рыбкой меж них мырнул, да весь сок в себя и опрокинул. Того и ждал, стало быть. Ладно, те махом сообразили – в разные стороны кинулись. А паж бывший разом поперёк себя раздался, да как пойдёт чем попало туда-сюда швырять – прям конец света настал. Дырок в стенах наделал – решето, а не дом чудесный. Я чего? Под скамью, где с ним сидели укрылся, и дышать забыл, карась да и только. Окромя того, без надобности, видать, персона моя ему была. Он первым делом, нашего барина порешить удумал. Тот вёрткий, конечно, но куда супротив такой силищи….

Прижал идол этот его в угол и будто жука майского раздавить собрался. Тут Гаред, хоть и ранетый был, а себя соблюл: кинулся твари под ноги. Тому, конечно, как саням щепка – на миг может, остановился. Вот та самая минутка-то барину жисть и спасла. Разорвало пажа, ровно жабу. Не вынес силы чудесной.
Барин с Гаредом тоже неделю с кроватей встать не могли, слуги к обеду их в колясках возили, аки детей малых. А потом поблагодарили мы хозяина за гостеприимство, взяли яблок, сколько положено, и в землю свою отправились. Да…

Слышь, малой? Ты чего, спишь никак? Ну ладно, отдыхай. Тебе по лесам-то, видать, нелегко ходить пока. Ладно, обвыкнешь. Осень-зиму в именье жить будешь, а то в город учиться поедешь, а летом, не обессудь, с дедом в лес. Не могу я без него. Так и помру, глядишь, в чаще, ежели без зелья уйду. Оно, может и к лучшему... Токмо допрежь того, много чего рассказать тебе надо. А пока отдыхай, спи тихонько. Завтра ещё денёк так походишь, а там, глядишь, караулить доверю часок другой. Балут ты, али нет? Хоть и по мамкиной линии…

Если кому не понравится, комменты оставляйте всё равно (можно в жанht "выпей йаду")).

Если вдруг понравилось, начало сказки здесь http://www.livejournal.com/users/grizzlins/20808.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments