July 20th, 2020

лягуха

Двадцатое июля. Пятидесятый день лета

Вышел на работу из отпуска, всё идёт по плану.

Написал о книге Евгении Вежлян. Книга меня удивила. Собственно, о факте удивления и написал.

Прямая ссылка на публикацию вот: https://voplit.ru/column-post/o-stihah-evgenii-vezhlyan/

Одним из поводов к внимательному прочтению книги Евгении Вежлян «Ангел на Павелецкой» (М.: «Воймега», 2019 — 90 с.) стала личная и даже почти корыстная цель. Точнее — попытка опровергнуть мысль, изложенную в Фейсбуке известным литератором и культуртрегером Анной Голубковой: «И скажу я вам еще раз, ибо истина не тускнеет от повторения: друзья мои, ресентимент крайне непродуктивен». Как человек, пишущий именно из ресентимента, я надеялся найти контрдоводы.

Тут надо кое-что объяснить в почти извиняющемся тоне. Есть наихудший вариант критики: связывать поэтику и личную жизнь автора. Есть вариант хуже наихудшего: сопрягать поэтику автора с его политическими взглядами.

Тем и займёмся: поскольку Евгения Вежлян некоторое время назад довольно активно высказывалась в поддержку всего хорошего и прогрессивного, а победила, как известно, противная сторона, основания к говорению из ситуации проигрыша у неё были.
На первый взгляд, доказательства нашему предположению в книге найти не сложно. Вернее, их легче было найти до книги. Евгения как поэт известна давно, и переход от грустно-умиротворённых стихов, вроде очень хорошего нарратива о фотографе дяде Хеме, к новой нервной поэтике был заметным. Социальные сети имеют свойство выделять крайности. Потому хождение получили прямолинейные декларации о горящей двери Павленского или о делегировании права на протест от умученных работой бесправных преподавателей дальнобойщикам — дабы те всё сказали властям предержащим. У людей иного круга, у тех, кто невольно ощущает к дальнобойщикам классовое родство одновременно с кастовой ненавистью, такие предложения вызывали страх. Использовать водителей для перевозки тяжестей и передвижения автостопом хорошо и правильно, но вот насчёт права голоса есть вопросы.

Словом, отдельные новые стихи подпадали под характеристику, данную Максом Шелером в книге «Ресентимент в структуре моралей». В них был «…очевиден пафос отмщения — такого ресентимента, как у Ницше, когда месть становится источником энергии, основной мотивацией к действию». Но вот в книге этот пафос почти мистическим образом исчез!

Вообще-то, и на уровне отдельных текстов при внимательном их прочтении многое довольно непросто. Стихотворение о дальнобойщиках завершается так:

Скажите им…
Господи, да что ж попросить-то…Collapse )