March 4th, 2011

лягуха

***

Они всё время оказывались в квартирах, где кто-нибудь умирал.
Например, бывший хозяин или хозяйская кошка.
Соседи шумели в подъезде, ребенок орал.
Новый хозяин тоже орал немножко.

Ничего не менялось кроме страны, кроме квартир,
кроме других квартир и другой страны.
Встретив знакомую, говорила: до чего тесный мир,
покупая цветы, говорил: дожили до весны.

Ребёнок вырос будто бы за один день.
Видимо это была специальная компьютерная игра.
Через окошко втекает ранний шашлычный дым,
облако уронило на зеркало тонкую тень,
лицо почти на минуту сделалось молодым.
Девятое марта. Девять часов утра.
лягуха

техническое

Арс. А-аарс!!!
Ты тормознул? Я чего-то никак:((

вот сейчас рабочий день ещё не закончен, а внутри 0,7 коньяку и это не финал.

Не. иллюзий-то у меня нет - люди пьют, потому что им это нравится, но, господа, надо же что-то делать?

Вот у брата двоюродного второй инфаркт. Он меня менее чем на год постарше, всё детство вместе росли. Причины общероднянские.

Чо посоветуем?
лягуха

ДЖАХАТ; Фетва

Ребята, есть вещи за гранью добра и зла.

Тут, спасибо Ольгуньке, прочитал ещё и об издательском кластере, создаваемом в Тверской области. Да, Пермь мы сдали и слили. Там теперь "арт", говоря словами т.п. Екатерины Дёготь.

Ладно.

Но в Твери-то можно было издавать ВСЁ!!! Они это умели. Абсолютно всё от славных и умеренно оппа!зиционных проектов Ани Голубковой до поцреотических смешинок и серьёзных изданий по культуре. А теперь это закончится. Туда идёт Гельман.

Просто скажу: до Гельмана в Перми тоже можно было делать всё - от захвата Законодательного собрания в противогазах и расставления гавнюком Дадаграфом сусеров ("существ серебристых") до самых суриозных "Имперских" выходок. И, заметим, скульптура (нормальная, городская скульптура, та, что была, например, в Афинах), в городе цвела: "Солёные уши" появились до Гельмана, "Памятник смешному водопроводчику" - до Гельмана. И НИКТО никого не жрал: тут я за свои слова отвечаю, как человек, проведший в городе нифига не мало мероприятий. Ненависти не было. Лютые, бешены поцреоты толерантно воспринимали авангардистов, стебясь, конечно. И наоборот. А теперь ею, ненавистью, город исполнен.

Мой родной тихий, спокойный, зелёный город. Там теперь Родионов, например. И Лебедев тож буквы ставит.

Спасём Тверь хотя бы, а? В конце концов, другие фашисты захватили Тверь всего на две недели - кажется, минимальный срок оккупации? Ну, а за Пермью потом вернёмся.

ЗЫ: я долго молчал, долго надеялся, но когда по итогам многолетней деятельности в Перми от этой деятельности остаётся одно имя: МАРАТ ГЕЛЬМАН - такая политика мне кажется контруспешной.

Тверь - оплот.

Джахат. Иншалла, победим.