September 18th, 2009

лягуха

коротко об интересном

огрёб люлей.
менты.
саратов.

книжку пишу, получается прикольно.
приключений много.
с Интернетом плохо всё

Миша Богатов нифига не прав.

исчерпывающе?
лягуха

мразь

у такого пухлого и добродушного человека как я очень сложно вызвать ненависть.
я не-ненавижу даже саратовских ментов, обобравших меня сегодня
но вот это http://v-efremov.livejournal.com/56236.html - за гранью.

в городе, в моем родном городе, гибнет все,
а этот - о культурной столице.

довели тихий, мирный миллионник до статуса немиллионника, вышвырнули оттуда кучу эффективных менеджеров, желающих и умеющих работать (ну да, если чего, это я и о себе тоже), уронили цены на недвижимость за год в два раза и - культурная столица.

нихера не люди.
лягуха

и паки о важном

случилось предложение, от которого, вероятно, не смогу отказаться.

работа начальнечгом в городе Киров, это вообще-то недалеко: 15 часов на поезде или стопом

оклад 70 000, плюс шабашкой заработаю 30-35.
Это очень нормальные деньги по тамошним меркам.
не, ну половину надо будет отдать в семью (бывшую, надеюсь, семью).
Но подымусь же? Надеюсь удвоить заработок за год.

с паэззией, конечно, завяжу.

кто со мной?

окончательное решение не принято, если чо
лягуха

Дегтярск-Оса. Гламурный автостоп. Часть I

По ходу поездки, накатал уже 100 000 знаков. Все выложить не получится, да и не нужно. Но книжку сделаю. С фотками. В ЖЖ буду выкладывать отдельные моменты

С вечера собирался двигаться дальше и всё постирал. А погода случилась влажная, отчего это «всё» не высохло. Вежливо так, стеснительно, прошу:
- Арс, дай носки какие-нибудь, пожалуйста?

Арсений Витальевич удаляется и приходит через некоторое время с хрустящим пакетиком бежевого цвета

-…? Это… это, типа, что?? Там зачем внутри бумажки и всё такое?
- Это очень хорошие носки. Пьер Карден, модель Кайена. Ты бери, у меня все равно других нет.

Честно, во вторник-среду от Москвы до самых до не было более модного стопщика. Оттого и везло. Правда, везти стало не сразу. На трассу пришлось выбираться через Ревду, и оказался я там где-то к двум часам дня.

Вообще, людей, стопящих возле отворота на Первоуральск до этого я видел неоднократно и неизменно считал их, мягко говоря, чудаками. Там довольно большая горка со стороны Екатеринбурга, неохота ж останавливаться с разгона. А теперь вот сам оказался тут. Стою, машу лапой. Действительно, не останавливаются. Идет автобус, Мерседес. Ему я не голосую. Он сам тормозит:
- Садись
- У меня денег нет
- Вижу.
Сел. Автобус оказался маршрута Екатеринбург – Красноуфимск. Водитель седенький такой, усатый:
- Приключений, значит, ищешь?
- Да нет, я к друзьям ездил, деньги вот пропил, теперь возвращаюсь.
- И куда сегодня?
Тут я задумался. Ибо в тот день ехал сугубо «по направлению». В Кунгуре папа, в Осе Антон, в Чайковском тоже Антон, но другой, в Ижевске Марат, в Воткинске Саша, в Перми вообще все… В Красноуфимске тоже можно было вписаться: там живет одна из моих первых любовей, зовут её, конечно же, Леночка. Мы с ней познакомились 25 лет назад в городе Тбилиси, микрорайон Глдани. (да-да, мне 12 годиков было). Папа у нее грузин, мама татарка, сама, понятное дело, красавица. Наши мамы вместе учились когда-то.
Лена замуж вышла, в 17, что ли лет. Потом случились всякие гамсахурдии с шеварнадзами, муж сел в тюрьму, мама с папой развелись, Лена с мамой сделались негрузинками, вернулись в Красноуфимск. Здесь оказались «черными». Грустная такая история. Я набрал ее номер несколько раз, телефон не ответил.
Вообще, через Красноуфимск можно уехать на Ижевск, там ходит пригородный поезд. Только ни я, ни водитель расписания не знали, а снижать свободу маневра не хотелось. Оттого проехав километров сорок, попросил высадить меня у кафе Увал. Там кормежка так себе, хуже чем в Валентине и тем более в Трех медведях, но всё дешево и водителей много.
Хожу между грузовиками, ищу регион номер 18 – Удмуртию то есть. Сверху, из кабины, голос:
- Привет, в Кунгур поедешь?

Чо, отказываться что ли? Володя на Рено вез аэродромные плиты в город Чернушку, сворачивал на Сухой Речке, недалеко от Кунгура. Почему он решил, будто мне как раз туда надо, не знаю. Проехал с ним почти сто километров, болтая про рыбалку, а потом у машины колесо лопнуло. Прикольно так. Бабах! и повело в кювет. Шину размотало просто в хлам – это мы всего метров 100 на порванной проехали. Ничего так, забавное зрелище.
лягуха

Воткинск

Заводы могут называться по-разному. Например: Кунгурский кирпичный завод. Или Горьковский автомобильный завод. Или Мухопердыщенское свистопроизводственное объединение. В любом случае понятно, чего там делают. В Воткинске все по-другому. Над воротами главного предприятия города написано: Воткинский завод. Потому что там делают Тополя, Булавы, Сотоны и другие средства межконтинентального баллистического общения.
Делают эти штуки там давно, на заводе всё время дежурят американцы. А сотрудники завода часто ездят во Францию по обмену опытом. Это очень смешно, по-моему: собираются друг друга бомбить и друг у друга консультируются.
Еще пару лет назад Воткинск походил на заштатный посёлок городского типа. Были, конечно, свои примечательности – пруд на реке с правильным падонкафским названием Вотка, наличники с резными якорями: когда-то на Воткинском заводе делали пароходы, музей с роялем местного уроженца Петра Чайковского. Я этот рояль как-то облил коньяком. Вотка, якоря и рояль за два года не изменились, а вот машин, например, стало раза в три больше. И магазинов больше в пять раз. И кафе тоже. Воткинск – единственный из хронически наблюдаемых мной городов, где жизнь за недолгий срок совершила качественный скачок в добрую сторону.
Теперь в этом небольшом городе поставили огромный экран с телевизионной рекламой эротического шоу. Очень интересно, кто в этом шоу работает. Возможно, местные девушки. Тогда это очень смелые девушки: населения в городе меньше ста тысяч и все про всех всё знают. А когда не знают, так выдумывают. Но девушки в городе правда красивые.
Приехав в Воткинск, я сразу пошел в музей – в тот самый, с роялем. В этом музее работает поэт Саша Корамыслов. Только в этот день он не работал, и найти его никто не мог. Зато Саша повесил наши с ним фотографии и анонсы предстоящего вечера. Я никогда раньше не видел своего фото в музее, поэтому очень возгордился. Возгордившись, пошел в кафе с дивным названием Фарс пить водку. Ну, просто знал: Саша почувствует, что я водку пью, и сам придет. Так оно и случилось.
А вечером он дежурил в музее. Мы взяли ещё немножко водки и перед дежурством сели с этой водкой на берегу Вотки. Сидели, пили, танкетки сочиняли. Подошли три молодых человека и одна молодая человечица:
- Мы вам не помешаем?

Конечно, они нам не мешали. Устроились рядом, стали пить пиво и разговаривать. По телефонам и просто так. С нами и друг с другом. Матом, но вежливо. Хорошо так пообщались. И на следующий день, когда я фотографировал резьбу на одном доме, женщина тоже очень вежливо спросила:
- Вы с какой целью мой дом фотографируете? У нас разве какой-то криминал случился?
Узнав, что криминала не было, рассказала про историю этого дома и про жильцов. Оказалось, дому 120 лет. Честно говоря, он так и выглядел. Но женщина своим домом гордилась и немного хвасталась.
Короче, народ в Воткинске живет нормальный. В самом обычном значении этого слова. Нет, молодежь там вполне молодежная, даже чуть более, чем следует: ходят девачки с пирсингом во всех местах, доступных обозрению, мальчики крашеные, готы на кладбище сидят, пьют красное вино. Молча. Когда мы шли к Саше домой, два здоровых и нетрезвых мужика около гаражей сначала боролись на руках, потом начали мутузить друг друга по организмам; вообще пьяных, несмотря на середину недели немало и т.д. Но общее состояние спокойствия и нормальности доминирует.
Насколько нам известно из Краткого курса истории ВКП(б) (издание 1949 г), один из первых эпизодов гражданской войны случился как раз в Удмуртии. Так называемое Воткинско-Ижевское восстание. Без всякого участия помещиков, интервентов и тому подобной публики, заводские рабочие, самая что ни на есть целевая аудитория передовых идей, взяли в руки винтовки и пошли свергать советскую власть. Народу погибло очень много, захоронения обнаруживают до сих пор – в прошлом году в окрестностях Ижевска нашли останки еще 7 000 убитых. Так вот: я уверен, эти люди защищали свою нормальность. Они не хотели строить нечто, не хотели управлять государством, не хотели даже «не работать и чтоб всё было». Они именно защищали право быть нормальными. Кстати, это ощущение нормальности было у меня в Ижевске, в Уве, в Можге – в общем, по всей Удмуртии.

Памятник лысому в Воткинске стоит до сих пор. И сносить этот памятник не надо. Он водружен перед собором. Собор у церкви забрали, а потом опять вернули и даже немного достроили. Ленин на фоне собора выглядит маленьким-маленьким. И придурковатым. Это очень хорошо. Фамилия создателя памятника, кстати, Керенский.

Старина в Воткинске спокойная, ненавязчивая и подлинная. В других городах это редкость. Вот, например, первое воспоминание о той же самой Осе относится к 1581 г, ко временам Ивана Грозного. Основали же её, вероятно, намного раньше. Может быть, еще даже булгары, веке в XI. А ничего от старого города не осталось. Церковь большая, но типовая для начала XX века – красный кирпич, унылые контуры. На фоне таких церквей большевикам легко было вести пропаганду об угнетённом духе. И дома в Осе в основном новые. Город был в своё время взят Пугачёвым, сильно порушен, затем, оставаясь купеческим, обеднел – ярмарочный Кунгур был рядом, и дороги пролегали в основном в стороне. Потом в окрестностях Осы нашли нефть, однако, это уже совсем другая история.
Воткинск моложе Осы лет на 200, а уютных древностей там больше. Кладбище душевное. Правда, перенося прах первых жителей поселения, местная власть отличилась: на памятном кресте написали «Мир праху их». При быстром прочтении доставляет. Придумал танкетку:

страшный мир
прохуих

И ещё одну безлепость нашёл в городе. Магазин Джентльмен выкрашен в небесно-голубой цвет. По-моему, сие свидетельствует о неиспорченности нравов.

Наш с Сашей вечер прошел неплохо. Совсем не аплодировали, но сказали, якобы это местная традиция и в целом хвалили, задавали умные вопросы, брали автографы. Хотя бард Евгений Лисицын попенял мне на плохую, негодную подачу текстов:
- Вот когда много лет назад я услышал Дементьева и Вознесенского, это меня сразу проняло!

Я возражать не рискнул. По окончании вечера питались в кафе Юмшан. Всем рекомендую. Конечно, со знанием удмуртской кухни у меня сплошной пробел, в сущности, кроме перепечей и спиртного напитка кумышки вообще о ней ничего не знаю, но правда было очень вкусно. Перепечи правильные – из ржаной муки, с разнообразной начинкой. Вообще, перепечи это такой древний предок пиццы и потомок шанежки.
Расположено кафе в районе упырей – в Воткинске рядом друг с другом локализованы улицы Робеспьера, Урицкого, Свердлова и других гуманистов-неудачников. Рядом с кафе, кстати, отменные корты для бадминтона с подсветкой и искусственным покрытием. И на этих кортах играют! Еще рядом – магазин Камелот. Вот в миллионной Перми Камелота нет, а в маленьком Воткинске есть. Честно говоря, к товарам, продаваемым в Камелоте отношение у меня двойственное, а совсем честно говоря – поганое, ибо хуже гламура только гламур, заточенный под брутальность. Но модно ж…

На следующий день я собрался ехать в Ижевск, поэтому пили мы с Сашей мало.
лягуха

Ижевск. Пруд

Сидя на берегу пруда, в ожидании звонка Марата, созерцая красивых девушек, был трезв и думал. Не углубляясь в совсем отдалённые эпохи, ограничившись периодом лет в 60, можно выделить последовательность особо концентрированного внимания мужчин к различным частям женской фигуры:
талия – грудь – ноги – попа.
Все эти локации прекрасны и важны, но я всегда фетшизировал плечи. Знаю ровно двух девушек с совершенными плечиками. В обеих, конечно, влюблён. Нет, я влюблён не только в них, и в них влюблён не только за плечи, но влюблён, да.

Будет мода на девчоночьи плечи?
лягуха

Ува. Маленькая бескровная победа

Маша рассказала дивную историю, случившуюся в посёлке ровно два года назад. Как я уже говорил, Ува расположена достаточно далеко от главных дорог. Трасса Ижевск – Казань, например, проходит от неё в 70 километрах. Ничего страшного в этом нет, посёлок самодостаточный, местную продукцию вывозят по железной дороге, по ней же доставляют разные товары. Однако, подобная автономия с необходимостью приводит к рождению монстров самостоятельного мышления.
В один замечательный осенний день по Уве прошёл слух, будто в Удмуртию из Москвы едет два вагона скинхедов, и скинхеды эти собираются убивать нерусских. Ува, да и вся Удмуртия, понятное дело, населена удмуртами. Формально они подпадают под определение нерусских. А ещё там много татар. Тоже нерусских, стало быть. Русских, впрочем, больше всех, но отличить их от татар непривычному скинхедскому взгляду сложно, а от удмуртов и вовсе невозможно. Оттого напряглись все. Честно говоря, ни татары, ни удмурты вроде бы объектами интереса фашей не считаются, однако феномен распространения слухов прекрасно описываем фразой Тертуллиана: «Это вполне достоврено, ибо ни с чем не сообразно». А еще родившись, слух имеет тенденцию обрастать. Оброс и этот.
Через пару дней знающие люди рассказали: скинхеды уже убили в Ижевске то ли семь, то ли десять человек и теперь едут в Уву. Народ напрягся совсем сильно. Руководство обороной взяли на себя два местных бандита (ну, должности поселковых пьяниц, сумасшедших и бандитов вакантными не бывают), начальник технической службы одного деревообрабатывающего завода и предприниматель. Соответственно, русские, татарин и удмурт. На всех трёх дорогах в посёлок выставили сменные опергруппы, ещё одну бригаду посадили на вокзал. Основная дружина, состоявшая из учеников двух местных ПТУ, факультета физического воспитания увинского педучилища и добровольцев засела на стадионе. Днём они травили анекдоты, ночью жгли костры, а пили во всякое время. На учёбу, конечно, никто не ходил: война ж!
Местные власти, сколько могли, активности добровольцев не замечали. Тем более, слух имел под собой некие основания: той осенью в Ижевске убили иностранного студента. Однако, тотальный срыв учебного процесса и, фактически, незаконная манифестация на стадионе совсем без внимания остаться не могли. Силой разогнать народ было невозможно – ментам бы просто наваляли. Пришлось начальнику местного УВД с главой администрации выступать по радио, встречаться с боевыми дружинами лично и гарантировать безопасность. Отпраздновав победу, народ потихоньку разошёлся.
История, слава Богу, закончилась ничем. Я вот думаю: отмороженных скинов, реально готовых на убийство, в стране не больше двух вагонов. Если они соберутся и поедут вот в такой регион, где их ждут – скиновский вопрос решится?
лягуха

идилия ранней весны

Алексей Александров, чьим гостеприимством я соизволю злоупотреблять ноне, поделился дивными фото наших подвигов времён минувшего марта, когда я встретил его и Никиту Пуханова после фестиваля ГолосА в Чебоксарах.

Обратите внимание: на первых двух снимках время едва более восьми утра, а мы такие зажигаем...

Collapse )


Collapse )

Ностальгируем по Пирогам на Зелёном?

Collapse )

Звёзды не ездят в метро!

Collapse )

Аня смотрит на меня как на Пермякова

Collapse )

Мы круты. Мы очень круты. И Дозморов такой Дозморов

Collapse )